Картинка к важной новости

Фото: Слава Замыслов

20 июля 2022 г. «Пресс-изба»

Планетология и колонизация Марса

На «Летнюю школу» приезжал Валерий Швецов — кандидат физико-математических наук, директор Лаборатории нейтронной физики им. И.М. Франка ОИЯИ. После лекции, посвященной приборам и методам ядерной планетологии, он согласился ответить на несколько вопросов от Пресс-избы.


Я честно предприняла попытку задать глубокие и умные вопросы, для этого смотрела в google и youtube запросы «ядерная планетология» и «nuclear planetology»…

… и тут же вышли на Игоря Митрофанова и Лабораторию 503 Института космических исследований.

Да, но немножко. Меня больше удивило, что кроме этого там практически ничего нет, кроме нескольких статей на английском в научных базах данных. Популярного контента достаточно мало, даже в зарубежном сегменте.

Потому что довольно узкая специфика. Действительно мало. Я честно скажу, ядерную планетологию мы с Митрофановым придумали, грубо говоря. Это пока не устоявшийся термин, мы у себя его употребляем и внедряем. Поэтому надо изменить ключевые слова и поискать, например, «поиск воды на Марсе». Забейте — и найдете миллион ссылок: про воду, про поверхность.





Как изучение других планет поможет нам решить проблемы нашей собственной Земли?

Тут я солидарен с Митрофановым. Он считает, что наша сугубо практическая цель исследования Марса — это как можно быстрее организовать там колонию, поселение. На предмет того, чтобы в случае чего человечество сохранилось. Если Земле будет угрожать то, что случилось с Марсом полтора миллиарда лет назад, мы от этого не застрахованы. Несмотря на то, что период интенсивной метеоритной бомбардировки закончился, все равно вероятность падения на Землю крупного небесного тела существует. И на данный момент мы ничего с этим поделать не сможем, несмотря на фантастические фильмы с бурением, закладыванием атомных бомб — вспоминаю «Армагеддон» с Брюсом Уиллисом. Прямо сейчас мы точно ничего не сможем. Если интенсивно начнем работать, прямо готовиться, может, лет через двадцать сможем.





Но это будет переезд. А что-то с нашей планетой мы сможем сделать? Пусть даже решить более мелкие проблемы вроде глобального потепления.

Вряд ли. Именно поэтому очень много есть скептиков в отношении космических исследований, что они ничего не дают для нашей сегодняшней жизни — ну, для народного хозяйства, — поэтому бессмысленно тратить такие колоссальные деньги. Но интересно! «Ну, че интересно. Вам интересно, а нам кушать хочется сейчас, а вы деньги тратите на интересы».

А что вам интересно?

Меня интересует, есть ли жизнь на Марсе! Сейчас есть некоторые свидетельства, но они недостаточные. Хочется знать наверняка.





Почему в космосе так мало российских аппаратов? Есть ли шанс, что их появится больше, и что для этого нужно?

Можем, запускать надо больше. Неудачи есть у всех — и у европейцев, и у американцев. У американцев, например, боюсь соврать, больше ста аппаратов на данный момент работает у разных совершенно объектов, планет. Самые известные — это два вояджера, с семидесятых годов летят.

Просто надо больше запускать!

Но это вопрос политического и научного руководства. Мешает отсутствие средств. Люди, на лавочке работающие у станка, что называется, и создающие эти космические аппараты, получают по пятьдесят тысяч в месяц. Вот и все! И стоят там дедушки-старички, которые всю жизнь проработали там, за державу обидно. Нужно престиж поднимать, зарплатами в том числе.





Вы говорили на лекции, что на Марсе когда-то там было тепло и влажно.

Да, мы так считаем. Было как на ранней Земле.

В результате катастрофических метеоритных ударов все унесло. Можем ли мы как-то реверсировать произошедшее, исправить эти последствия?

Есть разные проекты терраформирования Марса, но насколько они реалистичные… Ближайшие столетия, скорее всего, нет. Например, в результате ударов было уничтожено магнитное поле Марса — это наша гипотеза. И мы не знаем механизма, в результате которого генерируется магнитное поле у планет земной группы и у Земли.





Есть так называемая модель динамо (теория магнитогидродинамического динамо — прим. ред.): есть у Земли металлическое ядро, которое вращается с другой скоростью, не с такой, как наша планета, — и есть токи, которые циркулируют там между нижней мантией и ядром. Из-за этого вращения и возникает такое электромагнитное поле через полюса. Но это только гипотеза. Поэтому в результате таких столкновений что-то в этом механизме вращения могло разладиться — и оно [магнитное поле] пропало. Или ядро затвердело, а оно должно быть жидким, а для этого планета должна быть массивной. Может быть, Марс маленький, он остыл.


Интервью: Антонина Широких

Фото: Слава Замыслов